Не сильно ровные, но решительно настроенные ряды митингующих с флагами, еще имперскими, царского времени. Два с половиной режима назад они были в ходу, но вот вернулись опять. Странно они смотрятся рядом с красными флагами, победившего ранее пролетариата. Ряды сотрудников правоохранительных органов, более стройные и не менее решительные. Холодные стальные взгляды в прорезь между пластиковыми щитами и касками, неуместно-белого цвета. Вдоль стены из щитов широким шагом выхаживал человек в черном двубортном пальто, сером костюме в мельчайшую клетку, столь же неуместно-белый галстук был четко виден на фоне траурно-черной рубашки. Человек чеканил шаг в пятиметровом коридоре нейтральной полосы, куда ни одна из сторон не решалась сдвинуться, или не видели пока необходимости.
–Если вы думаете что бьетесь за свою страну, то вы ошибаетесь! Вы бьетесь за жирных боровов, дорвавшихся до власти, им нет до вас дела, уверен что и зарплату за последние несколько месяцев вы получили не раньше чем неделю назад! Они оставят и забудут о вас, стоит только всему закончится. Не дайте им шанса уйти от ответственности! Переходите на нашу сторону, вместе мы сможем! – каждое слово, вылетавшее из глотки проникало сквозь щиты и каски было услышано. Те кто стоял в оцеплении были тоже людьми и гражданами этой страны и некоторым из них было не все равно, некоторые еще не разучились думать. И переубедить хоть одного стоит того чтобы говорить несколько часов подряд. Чем, собственно человек и занимался, это был Саша, именно ему предстоял далекий путь, но тогда он об этом еще не догадывался. Умение и желание много и долго говорить было у него профессиональным, Саша был преподавателем в одном из университетов.
Один боец сделал шаг вперед и бросил щит на землю. Саша пожал ему руку и обнял.
–Если вы думаете что бьетесь за свою страну, то вы ошибаетесь! Вы бьетесь за жирных боровов, дорвавшихся до власти, им нет до вас дела, уверен что и зарплату за последние несколько месяцев вы получили не раньше чем неделю назад! Они оставят и забудут о вас, стоит только всему закончится. Не дайте им шанса уйти от ответственности! Переходите на нашу сторону, вместе мы сможем! – каждое слово, вылетавшее из глотки проникало сквозь щиты и каски было услышано. Те кто стоял в оцеплении были тоже людьми и гражданами этой страны и некоторым из них было не все равно, некоторые еще не разучились думать. И переубедить хоть одного стоит того чтобы говорить несколько часов подряд. Чем, собственно человек и занимался, это был Саша, именно ему предстоял далекий путь, но тогда он об этом еще не догадывался. Умение и желание много и долго говорить было у него профессиональным, Саша был преподавателем в одном из университетов.
Один боец сделал шаг вперед и бросил щит на землю. Саша пожал ему руку и обнял.
–Молодец, друг! Вместе мы победим!
Разрыв в оцеплении тут же затянулся, уход одного из бойцов не оказал видимого ущерба, как органам внутренних дел в целом, так и этому оцеплению, в частности. Но Саша знал что если будут уходить вот так по одному, но многие, то все изменится. Не обязательно что станет лучше, но будет по-другому, и это устраивало многих, его в том числе. Митингующие с радостью приняли в свои ряды бывшего «чужого», «сотрудника» и нынешнего своего соратника.
Саша подошел ближе к толпе своих чтобы перевести дух, ему показалось что в толпе мелькнуло знакомое лицо, лицо из настолько далекого прошлого, что уже почти не правда. В этот момент его почти повалили на спину и под локти потащили по снегу. Видны были только верхушки домов и глубокое ноябрьское небо. Почему-то желания сопротивляться не возникло, наверное слишком быстро и слишком уверенно его тащили. Из рядов «своих» выбежал человек в короткой куртке с капюшоном, затеняющим лицо и прыгнул на сотрудника полиции, тащащего Сашу за правую руку. Полицейский потерял равновесие и кубарем покатился по утоптанному снегу по которому еще только пару минут назад Саша уверенно и бодро шагал призывая переходить на его сторону. После короткой потасовки «свой» юркнул в закипающую от происходящего толпу и быстро-быстро направился в сторону выхода с площади и растворился на прилегающих к ней улицах.
Это была их первая встреча за последние шесть лет, в следующий раз они встретятся через два года в составе мобилизованной группировки войск, кто победит по результатам тех протестов так и не выяснится, всплывут как внешние враги, так и внутренние, будет казнен президент, прямо у стен кремля. Пойдут разговоры что застрелил его не Сергей Повальный, ярый революционер, ставший тогда во главу бунта. Оба наших друга будут заочно записаны в сторонники Повального, Саша даже будет точно знать что не Повальный казнил президента Дорина, он это сам видел и даже сам стрелял. Потом будет вторая волна бунта, уже против Повального, будут военные пришедшие к власти и уплотняющие население, выгоняя его из Сибири в две стороны. На этой территории расположился самый крупный полигон за всю историю человечества, его хорошо обработали чем-то биологически активным, сделали своим войскам прививки от этой гадости и все оставшиеся запасы вакцины сожгли, всех осведомленных о составе и способе производства взяли под такой контроль что надежнее только расстрелять. Есть правда подозрение что их расстреляли, но точно этого никто из наших друзей не знал и это было одной из тех немногих сторон истории в которых им не пришлось вляпаться.
Сейчас они просто шли по большой пустоши, наверное это была осень, теплая и сухая. Очень приятные дни бывают в это время года в Сибири, отличное сочетание еще жаркого солнца и уже прохладного ветра, невероятная прозрачность воздуха. И тишина, недостижимая ранее теперь была повсюду, она была настолько приятной нашим друзьям что они шли молча, слишком много стрельбы и взрывов они слышал за последние годы чтобы сейчас идти и разговаривать. День сменялся днем, они подходили к городу, большому в центре Сибири, на пересечении реки и железной дороги. Город был пуст, яркие цветные стены домов, совсем мало следов боевых действий, они почти не затронули город, только местами можно заметить стреляные гильзы и брошенную военную технику, но очень и очень редко.
— Знаешь, если бы ничего этого не случилось, то за фотки с этого места можно было бы получить хорошие деньги, — Рома как бы по инерции искал способы получить немного наличности. Но скорее это еще и в качестве развлечения для мозга, который пребывал в неопределенной состоянии между сильным напряжением и смертельной скукой.
— Если бы ничего не случилось, то и места бы этого не было, тут бы ехали тысячи автомобилей, шли бы сотни тысяч людей. Мне раньше часто казалось что многие из них «просто ходят», что они никуда не идут, они идут просто без цели. Ну как мы сейчас с тобой.
— Ну у нас то цель есть!
На это Саша промолчал и только пнул подвернувшийся под ногу осколок кирпича в припаркованный у бордюра автомобиль, боковое окно передней левой двери повисло на тонировке и стало немного дырявым, под капотом слегка скрипнула сигнализация, но продолжения не последовало — аккумулятор давно сел.
— Нельзя же так сильно машины тонировать, давно мечтал так сделать, и даже не думал что это желание еще осталось, оказалось что вполне!
Рома засмеялся, чем показал свое полное согласие.
К счастью в этом городе было даже слишком много магазинов, и все их ограбить и изъять просто не успели. Очень и очень многое население не успело унести с собой торопясь забрать свои жизни и убраться подальше в безопасное место. Город был почти нетронут мародерами, он просто опустел в момент, представляя сейчас собой пугающую, но очень притягательную картину, декорации к фильмам которые мы смотрели раньше, смотрели боялись, а возможно чуточку надеялись что нам удастся попасть в такое место.
Разрыв в оцеплении тут же затянулся, уход одного из бойцов не оказал видимого ущерба, как органам внутренних дел в целом, так и этому оцеплению, в частности. Но Саша знал что если будут уходить вот так по одному, но многие, то все изменится. Не обязательно что станет лучше, но будет по-другому, и это устраивало многих, его в том числе. Митингующие с радостью приняли в свои ряды бывшего «чужого», «сотрудника» и нынешнего своего соратника.
Саша подошел ближе к толпе своих чтобы перевести дух, ему показалось что в толпе мелькнуло знакомое лицо, лицо из настолько далекого прошлого, что уже почти не правда. В этот момент его почти повалили на спину и под локти потащили по снегу. Видны были только верхушки домов и глубокое ноябрьское небо. Почему-то желания сопротивляться не возникло, наверное слишком быстро и слишком уверенно его тащили. Из рядов «своих» выбежал человек в короткой куртке с капюшоном, затеняющим лицо и прыгнул на сотрудника полиции, тащащего Сашу за правую руку. Полицейский потерял равновесие и кубарем покатился по утоптанному снегу по которому еще только пару минут назад Саша уверенно и бодро шагал призывая переходить на его сторону. После короткой потасовки «свой» юркнул в закипающую от происходящего толпу и быстро-быстро направился в сторону выхода с площади и растворился на прилегающих к ней улицах.
Это была их первая встреча за последние шесть лет, в следующий раз они встретятся через два года в составе мобилизованной группировки войск, кто победит по результатам тех протестов так и не выяснится, всплывут как внешние враги, так и внутренние, будет казнен президент, прямо у стен кремля. Пойдут разговоры что застрелил его не Сергей Повальный, ярый революционер, ставший тогда во главу бунта. Оба наших друга будут заочно записаны в сторонники Повального, Саша даже будет точно знать что не Повальный казнил президента Дорина, он это сам видел и даже сам стрелял. Потом будет вторая волна бунта, уже против Повального, будут военные пришедшие к власти и уплотняющие население, выгоняя его из Сибири в две стороны. На этой территории расположился самый крупный полигон за всю историю человечества, его хорошо обработали чем-то биологически активным, сделали своим войскам прививки от этой гадости и все оставшиеся запасы вакцины сожгли, всех осведомленных о составе и способе производства взяли под такой контроль что надежнее только расстрелять. Есть правда подозрение что их расстреляли, но точно этого никто из наших друзей не знал и это было одной из тех немногих сторон истории в которых им не пришлось вляпаться.
Сейчас они просто шли по большой пустоши, наверное это была осень, теплая и сухая. Очень приятные дни бывают в это время года в Сибири, отличное сочетание еще жаркого солнца и уже прохладного ветра, невероятная прозрачность воздуха. И тишина, недостижимая ранее теперь была повсюду, она была настолько приятной нашим друзьям что они шли молча, слишком много стрельбы и взрывов они слышал за последние годы чтобы сейчас идти и разговаривать. День сменялся днем, они подходили к городу, большому в центре Сибири, на пересечении реки и железной дороги. Город был пуст, яркие цветные стены домов, совсем мало следов боевых действий, они почти не затронули город, только местами можно заметить стреляные гильзы и брошенную военную технику, но очень и очень редко.
— Знаешь, если бы ничего этого не случилось, то за фотки с этого места можно было бы получить хорошие деньги, — Рома как бы по инерции искал способы получить немного наличности. Но скорее это еще и в качестве развлечения для мозга, который пребывал в неопределенной состоянии между сильным напряжением и смертельной скукой.
— Если бы ничего не случилось, то и места бы этого не было, тут бы ехали тысячи автомобилей, шли бы сотни тысяч людей. Мне раньше часто казалось что многие из них «просто ходят», что они никуда не идут, они идут просто без цели. Ну как мы сейчас с тобой.
— Ну у нас то цель есть!
На это Саша промолчал и только пнул подвернувшийся под ногу осколок кирпича в припаркованный у бордюра автомобиль, боковое окно передней левой двери повисло на тонировке и стало немного дырявым, под капотом слегка скрипнула сигнализация, но продолжения не последовало — аккумулятор давно сел.
— Нельзя же так сильно машины тонировать, давно мечтал так сделать, и даже не думал что это желание еще осталось, оказалось что вполне!
Рома засмеялся, чем показал свое полное согласие.
К счастью в этом городе было даже слишком много магазинов, и все их ограбить и изъять просто не успели. Очень и очень многое население не успело унести с собой торопясь забрать свои жизни и убраться подальше в безопасное место. Город был почти нетронут мародерами, он просто опустел в момент, представляя сейчас собой пугающую, но очень притягательную картину, декорации к фильмам которые мы смотрели раньше, смотрели боялись, а возможно чуточку надеялись что нам удастся попасть в такое место.
Комментариев нет:
Отправить комментарий